Любовь всей моей смерти. Том 1 - Дэпаранг [Daeparang]

напротив друга, в его глазах девушка прочитала легкую игривость. Шихён перекинула галстук через шею Чжиху и мило улыбнулась. Затем быстрым движением она обмотала галстук вокруг головы Чжиху, словно повязку, и завязала бантик. Чжиху такого явно не ожидал.

— Красиво, — довольно улыбнулась Шихён.

Чжиху думал, что она ничего не умеет и не понимает шуток, но, похоже, с чувством юмора у нее все впорядке. Он нахмурил брови.

— Красиво! Выйдете вот так в люди, все будут сражены наповал! Но, кажется, вам не нравится. Что ж, у нас разное чувство вкуса. В следующий раз сделайте сами так, как вам нравится! — Шихён опередила его возражения и начала развязывать получившийся бант.

«Что я делаю! Какой позор», — подумала она.

Чжиху все еще стоял в недоумении, пока она снимала галстук с его головы и завязывала так, как он должен выглядеть. Чжиху был впечатлен, когда она закончила.

— У тебя неплохо получается. Ты, оказывается, и такое умеешь.

— В школе я частенько играла мужские роли. Я много чего умею, галстук — просто мелочь.

— А на других мужчинах ты не практиковалась? — Чжиху опять ее провоцировал. Новый правитель просто мастер споров и пререканий.

Шихён сделала вид, что поправляет галстук, и хлопнула его рукой по груди из злости.

— Теперь идеально! Идите, вам работать пора, — сказала она.

Так она ясно дала понять, что хочет побыть одна. Однако ответа Чжиху она никак не ожидала.

— Собирайся быстрее. Все уже ждут.

— Куда? О чем вы? — недоуменно спросила она.

— Ты теперь царица. И должна присутствовать на всех официальных мероприятиях.

— Что? Я? Почему? — воскликнула Шихён.

Чжиху не устроило ее неповиновение.

— Думала, быть царицей — значит просто появиться на свадьбе, а затем лишь веселиться?

— Вы обещали обращаться со мной наилучшим образом, — напомнила Шихён его же слова, которые он произнес, когда впервые делал ей предложение.

— Чем-то нужно жертвовать ради такого обращения. Ты слишком эгоистична. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

— Ну и куда мне идти и что делать? Предположим, я согласна. Но должна же я знать заранее, что это будет?

Шихён старалась как-то сгладить свой резкий отказ. Она говорила таким тоном, словно сдалась. Это устроило Чжиху, и его голос смягчился:

— Мы идем в место под названием «перепутье». Там соединяются мир мертвых и Чхончхукдо. Я должен представить первую леди народу и заверить подданных, что их царство ждет светлое будущее.

Шихён это не слишком-то понравилось, но она была не в том положении, чтобы пререкаться. Она послушно кивнула.

— Что ж, приму это как знак согласия и позову горничную, чтобы она помогла тебе собраться.

Чжиху подошел к телефону и нажал кнопку вызова. На экране появилось лицо Покчо. Вместо приветствия Чжиху сразу стал давать указания:

— Вызови кого-нибудь, чтобы помогли царице собраться.

— Будет сделано.

— И завтрак приготовьте.

— Сделаю, ваше превосходительство.

«Горничная, которая поможет ей собраться. Какая непозволительная роскошь».

Шихён чувствовала себя довольно неловко и переминалась с ноги на ногу.

В дверь постучали. Как только Чжиху открыл дверь, Шихён окружили несколько женщин в аккуратных фартуках. Они потащили ее в ту самую ванную, в которой девушка провела всю ночь.

— Секундочку! Подож…

Прежде чем Шихён успела договорить, умелыми движениями они сняли с нее одежду. Девушка даже вскрикнула, когда оказалась обнаженной перед служанками. Она прикрыла грудь рукой, а они, не обращая на ее смятение никакого внимания, начали натирать её спину пенящейся мочалкой.

— Что вы делаете?

— Мы помогаем вашему превосходительству принять ванну, — ответила с улыбкой одна из служанок, кажется главная среди них.

Она не дала Шихён возможности сказать что-либо еще. Служанки помыли ее голову и тело в мгновение ока. Действительно, мастера своего дела. После купания каждая женщина столь же ответственно выполняла свою роль: одна сушила волосы ее величества, другая вытирала ее тело, третья надевала на нее халат. В один момент они вытащили ее из ванной. Команда служанок, казалось, не была готова тратить ни одной лишней секунды. Чжиху тихонько смеялся, наблюдая за тем, как Шихён крутят во все стороны, словно куклу.

«Да-да, смейся. Смейся что есть сил», — подумала Шихён про себя, увидев улыбку на лице царя.

Она совсем недавно выпила воды, но горло снова пересохло. Шихён одной рукой остановила служанку, наносившую что-то на ее лицо, а второй рукой схватила стакан холодной воды. Чжиху уже еле сдерживал смех. Конечно, он решил отомстить ей за их первую ночь.

— Кажется, вы перебарщиваете с макияжем. Давайте уже прекратим… — Несмотря на уговоры Шихён, девушки продолжали ее красить.

Шихён поняла: единственный верный путь — уступить им. Ведь ее никто не слушал и не делал ничего так, как хотела бы она. Оставалось лишь смириться и довериться служанкам. Пусть делают свое дело.

Наконец Шихён посмотрелась в зеркало и покраснела. Вопреки ее опасениям, отражение было довольно красивым. Макияж в ее профессии необходим всем: актерам первого и второго плана, статистам, — ведь все они в итоге появятся на экране. Шихён долгое время крутилась в киноиндустрии, поэтому имела некоторый опыт нанесения профессионального макияжа. Но то, что она видела сейчас, в разы превосходило все, виденное ей ранее. Шихён никак не могла налюбоваться собой. Ее макияж был не слишком броским, но великолепным, словно она играла главную роль в очень серьезной картине. Ей казалось, такому мастерству нельзя научиться ни за какие деньги. Она словно превратилась из куколки в бабочку.

— Неплохо! — искренне восхитился Чжиху, наблюдавший все это время за процессом.

Шихён обрела немного уверенности и гордо посмотрела на правителя. Тот показал ей большой палец.

ГЛАВА 23

ОКО ЗА ОКО, ЗУБ ЗА ЗУБ

За сотни прожитых лет Чжиху видел много красавиц. Однако внешность Шихён была особенной. Не было смысла утаивать очевидный факт — она красива. И Чжиху решил выразить то, что было у него на уме, не сдерживаясь.

Закончив с укладкой, служанки перешли к подготовке наряда. В этот раз они, возможно из уважения, не стали стаскивать с Шихён одежду, как сделали это в ванной. Одна из них закашлялась, остальные последовали ее примеру. Затем они дружно посмотрели на Чжиху:

— Ваше превосходительство, царице нужно переодеться…

— О чем вы? Она моя жена, все нормально, — перебил служанку Чжиху.

«Да ты шутишь, что ли?» — с презрением подумала Шихён.

Если бы они сейчас были в мире живых, это уже было бы чересчур. Горничным не оставалось ничего, кроме как повиноваться. Из-за человека, ругавшего ее за нерасторопность, они теперь вынуждены были еще задержаться.

— Отдайте мне, пожалуйста. — Шихён схватила одежду, которую держала горничная. После чего она встала и удалилась в другую комнату, быстро заперев дверь, чтобы за ней никто не последовал. К счастью, она была одна.

Чжиху указал пальцем на дверь, за которую вышла Шихён.

— Разве она не странная? — спросил он у горничных.

— Кажется, она очень смелая и честная, — похвалила ее старшая горничная.

— Она должна быть такой, ведь она моя жена. У нее сильный характер. Она не из тех, кто несет чушь, как, например, вы.

Горничные растерялись из-за строгого замечания его превосходительства. Старшая кротко ответила дрожащим голосом:

— Она кажется приятным человеком.

Чжиху боялись во дворце все, никто не смел ему возразить. Сам он не хотел быть правителем, которому боятся сказать поперек хоть слово. Но раз его воспринимали именно так, он старался наслаждаться и пользоваться этим. Старшая горничная с нетерпением ждала выхода Шихён, чтобы царица хоть немного разрядила обстановку. И Шихён появилась как раз вовремя. Девушка вышла из комнаты и обнаружила, что в спальне царит напряженная атмосфера.